Не открывай сразу свой бизнес — поуправляй чужим бесплатно. Если получится, договоришься о деньгах. Если нет — оба двигаетесь дальше. Каждый этап покупает право на следующий.
Хана Нгуен, 36 лет, центральный Вьетнам. После колледжа переучилась на фармацевта, нашла работу в местной аптеке. «Это была типичная работа для многих вьетнамских выпускников: стабильная, но низкооплачиваемая; не особо сложная, но и очень скучная. Я не могла к этому загореться. Я не видела для себя там будущего».
Перелом случился в начале 2023 года. Хана познакомилась с иностранцем на онлайн-форуме, пошла с ним в поход к Мраморным горам. Несколько дней спустя он привёл её в коворкинг — она такого никогда не видела. Люди со всего мира работают на ноутбуках, говорят на английском, делятся идеями. «Что-то щёлкнуло сразу же».
Денег не было, опыта тоже. Но Хана сделала то, что мало кто пробует. Пришла к подруге, у которой был отель с неиспользуемым этажом, и предложила: «я попробую управлять коворкингом там два месяца бесплатно. Если получится — поговорим о деньгах. Если нет — оба двигаемся дальше». Это и есть этап один — нулевой риск для обеих сторон. Через несколько месяцев проект пошёл — Хану показали по вьетнамскому ТВ, начали приходить блогеры. Год она работала там в одиночку за $250 в месяц, делая всё сама — управление, уборку, разговоры с клиентами, встречи и мероприятия. «Это было немного, но я любила это».
В какой-то момент пришло осознание: «я строю что-то ценное, но мне это не принадлежит». Параллельно у её отца обнаружили рак, семье нужны были деньги. Этап два: другой друг предложил ей дневное пространство в своём баре — бар работал вечером, днём пустовал. Хана согласилась, аренду не платила. У неё не было денег даже на персонал, но она продолжала строить сообщество — встречи, поездки на пляж, йога, ужины.
И, наконец, этап три: набралась смелости спросить родителей, можно ли переоборудовать один из этажей трёхэтажного семейного дома в коворкинг. Объяснила: нужно занять у родственников, потратить несколько месяцев на ремонт. Родители согласились. «Я работала без остановки и постоянно стрессовала. Но верхний этаж, где помещается 18 человек, заполнился быстро — и я расширила коворкинг на другие части дома. Сейчас помещаю 30 человек и беру $76 в месяц». Управляет всем по-прежнему сама. Папа — охранник на входе. Мама убирает помещение. Семейный бизнес в буквальном смысле.
И главное, что Хана поняла, работая с «цифровыми кочевниками» — людьми, которые путешествуют по миру и работают удалённо: их главная боль — не WiFi и не стол. Главная боль — одиночество. «Многие приезжают одни, без друзей, и всё кажется незнакомым: культура, транспорт, повседневная жизнь. Поэтому сообщество так важно». На её встречах 20% участников — местные вьетнамцы, которые приходят практиковать английский и попутно находят подработку у приезжих в дизайне, IT, маркетинге.